4 глава



Глава четвертая

Охотники за временным механизмом

 

   К тому времени, когда Аин возвращался в свой временный дом, предельно разгорелись фонари, противники ночи, и тем самым изменили улицы Реардана до неузнаваемости. Город снова стал напоминать обитель безумия и разрешенных надежд. Ни души.

   Все верно. Близился час прокаженных. Ни один здравомыслящий человек не хотел даже случайно услышать предсмертный звон колокольчика.

   Мимо на большой скорости пронесся экипаж, запряженный двойкой лошадей, словно стараясь как можно быстрее миновать неблагополучный район. Еще долго был слышен тревожный стук копыт по кривой черепице, а также резкие удары хлыстом по шкурам загнанных животных.

   Аин слабо толкнул дверь, и та сразу поддалась. Он оставил ее раскрытой, потому что в доме царила темень. Обычно в это время на первом этаже еще горели канделябры. Куда же  запропастилась старуха? Аин не стал искать оставленную ею записку, поскольку знал — угрюмая домовладелица не по этим делам.

   Блеклый свет с улицы кое-как заливал собой кухню, вырисовывая очертания предметов. Больше полагаясь на память, чем на зрение, Аин открыл ящик буфета и достал из него новую свечу вместе с коробкой спичек. Взял одну и теранул ею об оселОк. Вспышка спасительного света охватила небольшой кусок помещения. Затем Аин пересадил дрожащий новорожденный огонек на фитиль свечи и, держа ее голой рукой, стал освещать себе дорогу наверх. Горячий воск стекал по пальцам и капал на дощатые ступени.

   Оказавшись на втором этаже, заметил, что дверь, в его комнату не заперта полностью. Между ней и дверным косяком существовал зазор — черная вертикальная полоска.

   Свободной рукой Аин достал из-за пазухи свой клинок. С того происшествия в постоялом дворе он больше не прятал его в футляр, а всегда носил при себе.

   Кончиком лезвия легко толкнул дверь вперед. Глаза, уже полностью привыкшие к темноте, пробежались по раскиданным в беспорядке вещам и  остановились на склонившей к груди голову фигуре.

   Это была домовладелица. Она сидела на полу возле его кровати, соприкасаясь спиной со стеной. Ее руки безвольно лежали по бокам.

   Аин подошел ближе и приблизил свечу к лицу мертвой. Оба глаза были закрыты, и незнающий человек ни за что бы  не догадался, что при жизни старуха видела только одним из них. Никаких видимых травм, ни пятен крови, ни гематом. Казалось, она просто выбрала неудачное место для того, чтобы предаться сну. Но тогда зачем ей понадобился топорик для рубки костей в правой руке?

   Должно быть, услышав чье-то присутствие на чердаке до возвращения Аина, она решила сама прогнать воров. Отважная женщина. Аин еще больше проникся к ней уважение. Посмертно.

   Он посмотрел на перевернутое и скомканное в непонятно что постельное белье, на с корнем вырванные из письменного стола ящики, на находившийся в точно таком же состоянии старинный комод, валяющийся на полу в раскрытом виде футляр. А рядом восковая роза. Лепестки разлетелись, оставив после себя лишь желтую крошку. Вот, что стало с подаренным Аину символом дружбы. Словно напоминание о том, что ему никогда не стать частью мира людей.

   Снова глянул на домовладелицу. На розу. На домовладелицу. На футляр. На домовладелицу.

   Аин даже не сомневался в том, что на самом деле здесь произошло. Но кто именно? За последнее тысячелетие у него накопилось слишком много врагов среди пыли. Охотников за временнЫм механизмом. Так они называли созданные им карманные часы.Предатели. Сначала преклонились перед ним, чего он не просил, а теперь пытаются отнять у него самое дорогое.

   «Чертов пыленыш был не один. Совсем потерял бдительность на старосте лет, — пришел к выводу Аин, — Еще и на Копье позарились.» 

   Пока они не заметили и если не заметили его возвращения, нужно было уходить. Город не настолько велик, чтобы затеряться в нем без следа, но Аин должен был продержаться еще совсем немного. Его цель почти достигнута. Было бы глупо пройдя такой насыщенный разного рода происшествиями путь, проиграть кучке предателей.

   Аин подошел к окну. Стекло было благополучно разбито таинственным визитером. Осколки устлали собой почти весь пол вокруг письменного стола и поверхность самого стола тоже. Местами лежали куски побольше, в которых отражался остроносый серп луны, совсем недавно появившийся на холсте ночного неба.

   Так вот, на какой звук воинственно отреагировала домовладелица. На шум бьющегося стекла.

   Аин одной рукой отодвинул стол, чтобы иметь возможность подобраться к окну. Выглянул, стараясь особо не высовываться.

   На первый взгляд улицы казались спящими. Но Аин-то знал, что этот город сам по себе живой организм, который никогда не дремлет. При чем организм с неплохим аппетитом, ежедневно пожиравший своих обитателей.

   Внизу, между фонарями мелькнула чья-то тень и тут же исчезла за углом соседнего дома. Словно испугавшись, один из фонарей сперва замигал, а затем потух, окунув во тьму довольно большой клочок пространства.

   По всей видимости, уйти без боя и тем более незамеченным ему не дадут. Сегодня удача была не на стороне Аина. Если их окажется больше, чем он способен одолеть в нынешнем состоянии, ему придется отказаться от одного из своих принципов.

   Под ногами еле слышно зашумели осколки. Аин прислонился спиной к стене слева от окна. Рука крепко сжимала короткую рукоять клинка. Он выжидал. Если этих тварей действительно много, лучше принять бой в комнате, где им негде будет развернуться.

   Аин прикрыл глаза, прислушиваясь к мнимой тишине. В какой-то момент она была нарушена глухим ритмичным стуком по дощатому полу. Существо двуногое. А значит, принадлежало к пыли класса господ. Этот некто уже поднялся на второй этаж и медленным, но уверенным шагом приближался к двери, которую Аин машинально закрыл за собой пять минут назад.

   Он бросил взгляд на старуху, находившуюся на прежнем месте, в прежнем положении, и недовольно сдвинул брови.

   Ее выпили без остатка. Не оставив ни единой капли души, которой Аин мог бы поживиться, пусть и нарушив тем самым свой обет. Во всей округе сейчас не оставалось никого, кого бы он мог поглотить. Тем более души, которая смогла бы полностью насытить его.

   Шаги умолкли, как умолкает сердце на последней секунде жизни. Аин, не моргая, проследил за тем, как медленно провернулась круглая ручка. Он подул на свечу, до сих пор находившуюся во второй его руке, и огонек, содрогнувшись, потух, оставив после себя извивающийся дымок.

   В следующую секунду дверь распахнулась. Аин, решив застать незваного гостя врасплох, кинул в него свечу, и та полетела со скоростью и точностью метательного ножа. Конечно, это не было атакой. Аин стрелой метнулся к вошедшему, но его клинок с легкостью остановили. Зонтом.    

 

 


Write a Reply or Comment

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *